Он долго шел домой, а когда вернулся, за столом рядом с матерью сидела учительница. Они улыбнулись ему и стали говорить тише, почти шепотом. А Ронин шмыгнул в другую комнату и притаился там. Он смотрел на учительницу в зеркало.

Ронин видел, как учительница улыбалась и кивала головой. Пряди волос её покачивались у щеки. И Ронин помнил их запах.

Когда его позвали, он вздрогнул. И, не понимая, что делает, быстро вылез в окно.

6

Через много лет, обняв на прощание в первый вечер Анну, Ронин задохнулся от найденного запаха. Перед глазами у него качнулась далекая, прилетевшая из детства ветка березы.

Он удивился тому, что может думать в эту минуту. Думать о том, что в его жизни свершилось повторение. В окружающем мире, к которому он привык, как к чужому, вдруг нашлось родное чувство. Прорвалось к нему. Ронин затаился, боясь его спугнуть.

- Что ты? - Анна погладила его по голове.

Ронин обнял её ещё раз, и даже улыбнулся - нет, не показалось. Все осталось на своих местах. Как на старой фотографии, вдруг подарившей забытое воспоминание - оно уже не изменится никогда. Уже не смотришь на снимок, а вслушиваешься в себя.

- Меня когда-то так же погладила первая учительница. И поцеловала, сказал он, не обращая внимания на то, что слова совсем не содержат того, что он хотел сказать. - Я тогда удивился, что кроме всего привычного, родного, кроме своих чувств, есть ещё и чужие, которые мгновенно становятся своими. Тогда я испугался.

- И сейчас? - тихо спросила Анна.

- Да, наверное. Все так неожиданно... И я все чувствую, удивляюсь, говорю об этом. Ведь об этом нельзя...

- Ты странный, - сказала Анна. - На выставке мне показалось, что вся твоя жизнь, как мозаика, состоит из этих фотографий. Каждый снимок - как отдельный взгляд, отдельная мысль. А сейчас вспоминаю эти снимки на белой стене... И мне кажется, что все твои чувства - не в снимках, не в этих черных островках, а между ними. Да?